(untitled) (Образование в 21-ом веке, 2023)
Может показаться странным задавать вопрос о ценности образования в университете. Это все еще считается единственным учреждением, которое присуждает исключительно высшие степени образования, которые когда-либо могут быть достигнуты. В то же время можно отметить фундаментальные изменения, которые в ходе так называемого Болонского процесса способствовали формальному выравниванию систем образования в конкретных странах с чисто политико-экономической точки зрения. Соответствующие лица, принимающие решения в области образовательной политики, согласились с этим и с тех пор подтвердили свою готовность всесторонне адаптировать сектор образования к требованиям глобального капиталистического экономического порядка и организовать его в качестве вклада в международную конкурентоспособность. Постановка проблемы. В настоящее время 49 подписавших государств в Европейском пространстве высшего образования - Австрия была частью этой области с 1999 года, Армения присоединилась в 2005 году - взяли на себя обязательство обеспечить трудоустройство выпускников посредством соответствующих реформ в системе образования и гарантировать взаимное признание степеней, которые должны обеспечить для повышения мобильности их населения. Эффекты стали очень ощутимыми для всех нас. Благодаря модульности программ бакалавриата и магистратуры, определению стандартов качества, внедрению Европейской системы перевода кредитов (ECTS) и обеспечению качества в преподавании и развитии университетов, степени были сопоставимы и в то же время соответствуют магазин. Образование стало товаром, с которым человек может действовать в области высшего образования. Это имеет рыночную стоимость. Краткий анализ текущих исследований и публикаций. На этом политически экспансивном рынке труда и занятости люди теперь могут попытать счастья с полученными образовательными квалификациями. Это также означает, что они должны быть сопоставимы с большим числом претендентов на работу и должность. «Если все закончили среднюю школу, то на самом деле ни у кого нет выпускного!» В хозяйственных сервисных компаниях и госучреждениях рабочие места постепенно редко или полностью исчезают, что не приводит к переходу на работу по требованию. Из-за этого школьные и университетские степени, которые долгое время считались своего рода страховкой для привилегированных позиций на рынке труда, сегодня во многом напоминают «опцион [...], обращающийся на фондовом рынке», товар с ранней «датой истечения» и «огромным давлением для инноваций» (см. Gruschka 2009, p.109). Даже с самыми большими индивидуальными тренировочными усилиями, многие в этом соревновании, что неизбежно приводит к проигрышам наряду с победителями, не достигают своей цели. С другой стороны, переизбыток академиков также создает новые свободы в выборе и заполнении рабочих мест. Остальная часть рассматривается как «академический прекариат» и гораздо более или менее творчески отражается в его жизни, намного ниже уровня образования, что касается разнообразного и дифференцированного диапазона сферы услуг. Новизна. Несмотря на то, что жизненные шансы связаны с образованием и окончанием школы или университетским образованием, они, по-видимому, далеки от того, чтобы вообще гарантировать получение работы или трудовых отношений, не говоря уже о том, что они соответствуют уровню образования и профессиональной подготовки. Независимо от этого, для многих экзистенциально угрожающих контекстов образование все еще существует в отличие от него как самостоятельной ценности - более или менее идеализированной. Жалоба на «практику отсутствия образования» (Liessmann 2016) прямо или косвенно затрагивает элементы «истинного» образования, чтобы подчеркнуть сомнительные изменения, связанные с упомянутыми выше глубокими реформами образования. Нет сомнений в том, что образование имеет ценность, которая отличается от его рыночной стоимости. Нечто подобное имеет значение даже в тех случаях, когда требуются общие знания или общее образование, которые можно использовать в различных форматах мультимедийных развлечений, в викторинах, например, на билеты на концерты, в ваучеры на покупки можно выиграть или потерять до одного миллиона евро. Мои несвоевременные мысли не исчерпываются дальнейшими жалобами на несоответствие двух размеров. В начале есть несколько необычное литературное сравнение под заголовком «Сколько образования нужно человеку?» с примерами ссылок на то, как образование в настоящее время обсуждается. Спектр варьируется от восторженных заявлений о глобальном и индивидуальном расширении образовательных процессов в течение всей жизни под ключевым словом «Обучение на протяжении всей жизни» до более скептических или сомнительных временных диагнозов, которые рассматривают это расширение как довольно проблематичное развитие. В дискуссиях всегда всплывает вопрос, который затем займет нас на втором этапе исследования: контраст между «простой» квалификацией и «истинно гуманистическим» образованием или, кратко, между обучением и образованием. В память о некоторых почти забытых идеях я хочу показать, что сам контраст имел только относительный вес даже для главных героев одной и другой позиции. Обе стороны – обучение и образование – изначально не рассматривались как противоречивые и несовместимые. Только в ретроспективе он проявил себя таким образом, и он время от времени намеренно увеличивается.