Проблема двойственности личностного и надличностного в этнопсихологии армян - Демирчян, Мовсес (Вестник Ереванского Университета: Философия, Психология, 2021)
В условиях отсутствия государственности именно культура становится системой средств и форм организации жизнедеятельности индивида и общества, следовательно, ее можно охарактеризовать как «проект или программу жизни», в которой определены все важные события, обозначены их временные сроки и способы реализации. Так как отсутствие государственности в истории армянского народа периодически лишало возможности организовать жизнь всего общества по одним и тем же принципам и нормам, то эту функцию брала на себя культура, которая, однако, не могла претендовать на такую всеобщность и обязательность, которая возможна в условиях государства при помощи законов и национальной идеологии. Следовательно, культура могла организовать жизнь человека не в формах большого «мы» (нации или общества), a в малых формах надличностного бытия – семьи, клана, общины. Так как они принадлежат сфере публичного, то таким образом этническая культура обеспечивала самовыражение и самоутверждение личности в публичных отношениях. Надличностное также есть естественное продолжение личностного, следовательно, малые «мы» – семья, клан, община и т.д. являются естественными формами надличностного бытия, сформировавшимися в армянской культуре. Поскольку естественное развитие личности на определенном этапе предполагает выражение социальной сущности человека, то именно через эти формы надличностного бытия происходит адапдация и социализация личности в армянской культуре. Одновременно нужно учитывать, что условия и возможности для формирования и выражения большого «мы» - нации и общества - обеспечивает государство. Продолжительное отсутствие последнего в истории армянского народа привело к тому, что исторически надличностное ограничивалось малыми формами выражения, которые имели и имеют выраженный этнокультурный характер. Парралельно с отсутствием государственности культура доказывала свою жизнеспособность и выполняла этнозащитную функцию, укрепляясь в сознании армян как гарантия духовного существования и развития народа. Несмотря на то, что малые формы надличностного и есть публичные сферы выражения личности, они на самом деле не могут полностью заменить систему социальных отношений и с этой точки зрения могут быть охарактеризованы как симулякры, поскольку являются имитациями социальной жизни, то есть – символами того, чего на самом деле нет. От этого их реальность не уменьшается, наоборот – именно отношениями семей, кланов, родов, друзей и общин формируется социальная реальность армянского общества, особенно если учитывать, что это отношения имеют свое продолжение в сферах экономики и политики, создавая клановую экономику и клановую политику. Таким образом, можно заключить, что в этнопсихологии армян можно выделить три уровня выражения личностного: «я», малое «мы» и большое «мы». Долгое отсутствие государственности, жизнь в инокультурном окружении и постоянная угрозу изгнания и уничтожения оставляли незавершенными процессы формирования больших форм надличностного – нации и общества, и одновременно способствовали тому, чтобы армяне в целях выживания полагались на свое «я» и малые «мы» - семью, род, клан, друзей и общину. Именно благодаря создаваемой ими социальной реальности стало возможным для каждого отдельного человека реализовать программу жизни – получить образование, работу, создать семью, достичь благосостояния и т.д.