Banber Erevani hamalsarani. Iravagitut'yun.
| E - ISSN | : | 2738-2605 |
| P - ISSN | : | 1829-4561 |
В статье раскрывается авторская трактовка формулы “верховенство права” и обосновывается тезис о том, что за период независимости в Армении упустили задачу формирования из homo soveticus-a homo juridicus-armenicus-a и особенно устойчивых этических ценностей у юристов, что приводит к их превращению в слуг политики, извращению их надлежащей профессиограммы.
Под политической системой обычно понимают конституционно отраженный строй государства и общества. Он включает организацию публично-властных отношений, воплощаемую: в осуществлении политической власти народом и совокупностью органов государственной власти и местного самоуправления; в наличии политических партий и иных общественных объединений, аккумулирующих интересы народа; в обеспечении прав и свобод человека и гражданина прежде всего в сферах народовластия, управления делами государства и общества. Общеизвестно, что политическая система может существовать как бы в двух измерениях: конституционно-формальном (официальном) и реальном. Первое означает, что конституцией и другими нормативными правовыми актами провозглашаются народовластие, демократическое общество и государство, широкий круг прав и свобод человека и гражданина, различные пути управления общими делами. Второе свидетельствует о том, что реально это всё существует, либо не существует вообще, либо существует только частично. Если существует, тогда задачей органов, людей и их объединений является использование, реализация правовых предписаний. Если же совсем нет или только частично – тогда надо добиваться, чтобы правовые предписания стали содержанием публичных процессов. Итак, самый простой вывод относительно конституционно-политического реформирования – добиваться появления, принятия новых конституций и других документов. Более того, не просто добиваться, а именно включать новые идеи и правила. Но гораздо чаще задача реформирования носит частичный характер – в том плане, что конституционно-правовая основа уже есть и ее надо лишь дополнить, усовершенствовать.
2009г. в мире финансовый кризис достиг своего пика. В Соединенном Королевстве лопнул банк Northern Rock, многие банки как в Соединенном Королевстве, так и ряде стран ЕС борются за выживание. На примере банка Northern Rock проанализированы проблемы безопасности финансового сектора и законодательные регулирования в Соединенном Королевстве и странах ЕС. В статье рассмотрены вопросы эффективности механизма правового регулирования, вызовы, стоящие перед банками, а также возможности гарантирования их финансовой безопасности в будущем.
Статья представляеи методологический инструментарий на базе феноменологического синтеза правовой конфликтологии. Выявляется правовая сущность 41 объектов правового регулирования через призму права как системы предотвращения и разрешения конфликтов. Одним из ключевых недостатков, порождающих нарушение системности права, является отсутствие последовательного описания правогенеза на фундаментальном уровне, позволяющее вывести универсум права. Отсутствует качественный стандарт правообразования, поскольку нет самой логики генезиса права.
В последние годы сравнительно-правовой интерес к постсоветским исследованиям заметно вырос, в том числе в рамках уголовнопроцессуальной науки. Это вполне закономерно: если в период существования СССР или сразу после его распада сравнение уголовнопроцессуального права союзных республик (РСФСР, Украины, Армении и др.) или молодых независимых государств на фундаментальном уровне имело мало смысла, поскольку речь шла фактически о едином законодательстве (с мельчайшими отличиями), построенном на общих для всех Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г., и столь же единой практике Верховного Суда СССР, то сегодня ситуация изменилась. За прошедшие с момента распада СССР без малого 30 лет развитие каждой из постсоветских стран отличалось не только внутриполитическими, геополитическими, экономическими, социальными и др. особенностями, но и особенностями уголовнопроцессуальными. Накопился богатый сравнительно-правовой материал, требующий анализа. Помимо того, данный материал интересен не только в сугубо уголовно-процессуальном, но и в теоретико-правовом смысле, в частности с точки зрения теории кодификации, поскольку развитие уголовного судопроизводства постсоветских государств по большей части проходило через подготовку и принятие новых уголовно-процессуальных кодексов.
В докладе обосновано мнение о том, что развитие частного права в правовой системе РА осуществлялось спoнтанно, ситуативными решениями, без разработанной концепции и учета научных обоснований и проблем, возникающих на практике. Особое внимание уделено переосмыслению частноправовых отношений в сфере общественных отношений и уточнению сбалансированных отношений с публично-правовым регулированием. Отмечается, что в дальнейшем для эффективного решения этих проблем развитие частного права должно основываться на концептуальной, основанной на знаниях правовой политике; в результате публичные и частные интересы будут уравновешены.
Основная цель правосудия – защита прав и свобод человека, которая может не исполняться в результате формальной реализации закона. Гражданскоправовые механизмы должны полноценно обеспечить эту защиту в соответствии с конвенционными и конституционными требованиями. Только гражданскоправовые механизмы, соответствующие общим и специальным конвенционным и конституционным требованиям и качествам, могут гарантировать правомерность процессуального регулирования. Законодательное регулирвоание считается правовым, пока Конституционный суд РА не признал гражданско-правовой механизм полностью либо частично несоответствующим конституции или Европейский суд не установил факт нарушения конвенционных положений и требований. Гражданско-процессуальные механизмы защиты субъективных прав находятся в динамике, а динамика качественных изменений исчерпала актуальность классической модели классификации гражданского процесса. Реализация конвенционного принципа «живого инструмента» обусловливает не только непрерывную разработку и улучшение процессуальных механизмов и инструментария защиты субъективных прав, но и устанавливает основные закономерности развития типов гражданского процесса и внедрения дифференцированных форм согласно новым правовым восприятиям.