Banber Erevani hamalsarani. P'ilisop'ayut'yun, hogebanut'yun.
| E - ISSN | : | 2738-2621 |
| P - ISSN | : | 1829-4553 |
В статье утверждается: хотя в армянской среде преобладает индивидуалистическая культура организации жизни, в ней присутствуют и элементы коллективизма (группоцентризм, фамилиацентризм), а также гибридные варианты. Причём армяне веками чаще пользовались недостатками, присущими этим культурам, нежели преимуществами, что негативно сказалось на качествах национальной идентичности. Со временем индивидуализм деформировался в эгоцентризм, а коллективизм проявился в крайних формах фамилиацентризма и группоцентризма, что сделало поведение индивидов непредсказуемым. В результате искажённого восприятия и неполноценного применения в армянской среде укоренилась раболепная политическая субкультура, конформизм, инертность, безразличие к национальным ценностям. Безразличие к собственному государству в статье объясняется преклонением перед чужим и безответственностью. Чтобы стать современной нацией, необходимо «очистить» армянскую идентичность от обусловленных эгоцентристскими и группоцентристскими культурными образами форм поведения.
В статье анализируются некоторые труды Э. Целлера, В. Чалояна, Г. Габриэляна и выдвигаются критерии, которым история философии должна соответствовать как научная дисциплина. Идеи каждого автора следует излагать систематически, полно, целостно, по возможности чётко и верифицируемо. При этом необходимо соблюдать объективность. Партийная, национальная принадлежность и личные симпатии исследователя не должны влиять на содержание материала. Философов и их идеи следует рассматривать в широком историческом, культурном, философском контексте. Суть, особенности, общность и различия тех или иных учений должны быть исчерпывающе и достоверно раскрыты, оценены и сопоставлены с предшествующими учениями. Следует показать историческую значимость этих идей и учений, их последовательность и преемственность. Надлежит иметь в виду биографические обстоятельства изучаемых авторов, поскольку они сказываются на понимании тех или иных идей. Если требуется проверить используемые источники для уточнения содержащихся в них фактов, нужно обеспечить возможную полноту этих источников
Выход человека за пределы собственного культурного пространства породил особую проблему встречи с Чужим в фронтирной гетеротопии, где формирование его образа происходило в условиях кросскультурного диалога. Именно фронтир сформировал особую картину мира, в которой Чужому отводилось центральное место. Рассмотрение фронтира через призму фуконианского гетеротопного пространства, т.е. пространства, включающего множество других, позволяет проводить анализ с учётом множества акторов культурного диалога, т.к. фронтир – поликультурная среда, включающая в себя различные социокультурные компоненты. Более того, как гетеротопное пространство фронтирная гетеротопия включает в себя все остальные гетеротопии: кризисную, экстремальную, открытую, закрытую и т.д. Проникая на фронтирную территорию, субъект становится частью новой гетеротопии и, соприкасаясь здесь с Чужим, стремится вытеснить его из этого пространства, заменить собой. Но это новое пространство воспринимается неотделимо от Чужого, которое оказывается своеобразным его атрибутом. Именно это стремление заполнить собой пространство и выступает главным мотивом трансгрессии. В итоге формируются новые гибридные культурные пространства.
В статье описывается и осмысляется неистинный элемент политикоправового дискурса, который ещё не назван. Для этого рассмотрены некоторые виды неистинного в указанном дискурсе, которые названы, осмыслены и объяснены. Анализ этих известных типов неистинного показывает, что ни один из них не выражает сущности явления, которое здесь описано. Пример взят из арцахскоазербайджанского контекста.
В статье анализируется ряд понятий (техне, пайдейя и калокагатия), которые показывают, что в Древней Греции культурный человек воспринимался как микрокосм, наделённый гармонией души и тела. На примере мифа о Прометее показано, что древние греки уже рассматривали идеи культовой природы культуры. Рассмотрено также учение Цицерона о культуре души. Показано, что для Цицерона культура Аними – это сама философия, которая необходима для воспитания благородных и доблестных римлян. Цицерон приписывает философии большую часть достижений человеческой культуры, включая дар утешения и жизнеутверждения. Представители армянской грекофильской школы и их идейные потомки унаследовали это восприятие культуры.
В статье исследуются, кроме прочего, развитие представлений о понимании в истории философской мысли. Объектом исследования является философское осмысление действительности, субъектом – понимание текста. Утверждается разница между научным и философским постижением реальности. Цель науки – истина, в то время как цель философии – понимание. В знании объект рассказывает о себе, а в понимании человек рассказывает об объекте. С этой точки зрения понимание есть форма очеловеченного знания, дающего не только рациональное, но и духовное постижение реальности. Особое место уделено герменевтике, в рамках которой понимание и текст рассматривались в ряду главных объектов гуманитарного исследования. Известный герменевтический треугольник «автор – текст – читатель» есть универсальная форма понимания текстов. На примере эволюции герменевтических исследований делается вывод, что в указанной схеме ни один из элементов не может претендовать на роль отправной точки понимания. Также понимание рассмотрено как формирование пространства личностного бытия, которое имеет не физические, а существующие только в сознании границы между усвоенными и неусвоенными текстами. Понимание, таким образом, подразумевает свободную мыслительную деятельность, в чём заключается ещё одно отличие понимания от знания: мы не можем по своему усмотрению изменить знание, так как оно объективно и необходимо, но можем свободно интерпретировать тексты и создавать смыслы.
.